Это неведение следует понимать как [некую] сущность, обладающую объективной реальностью - по аналогии с "не-другом" или "не-коровьим следом". Подобно тому, как "не-друг" не означает ни отсутствие друга, ни [кого-либо], равного другу, а его противоположность, то есть врага, или подобно тому, как "не-коровий след" не означает ни отсутствие коровьего следа, ни [чего-то], равного коровьему следу, но только [определенное] место, отличное от того и другого, [то есть] совершенно иную сущность, так и неведение не является ни источником истинного знания, ни отсутствием такого источника, но [лишь] иным типом видения, противоположным знанию.

      Таково неведение.

 

      6. Эгоизм есть [кажущаяся] тождественность обеих способностей - [чистого] видения и инструмента видения.

      Пуруша есть способность [чистого] видения, интеллект (буддхи) - инструмент видения (1). Аффект, именуемый "эгоизмом", [возникает в случае, если] совершается как бы трансформация обеих этих [способностей] в одну сущность.

      Опыт как таковой становится возможным, когда способность быть субъектом опыта и способность быть его объектом (2), в высшей степени различные и не смешиваемые [одна с другой], воспринимаются так, как если бы [они были] нераздельными.

      Однако при постижении их подлинной сущности возникает абсолютное разъединение. Откуда же [в таком случае может появиться] опыт? В этой связи сказано: "Кто не видит, что Пуруша есть иное, нежели интеллект, отличный [от него] по форме проявления, природе, знанию и прочему, тот - вследствие заблуждения - заменяет его своим интеллектом" (3).

      7. Влечение неразрывно связано с наслаждением.

 

 

      Желание, жажда, страстное стремление к наслаждению или к средствам его достижения, [возникающие] у познавшего наслаждение при воспоминании о прошлом наслаждении, и есть влечение.

 

      8. Враждебность неразрывно связана со страданием.

 

      То сопротивление страданию или средствам, его вызывающим, отвращение, злоба, гнев по отношению к нему, [которые возникают] у познавшего страдание при воспоминании о прошлом страдании (1), и есть враждебность.

      9. Самосущная жажда жизни возникает даже у мудрого.

 

      У всех живых существ постоянно присутствует такое пожелание самому себе: "Да не перестану я быть! Да буду я [вечно]!" И это пожелание [никогда] не возникает у того, кто не испытал состояния смерти. Тем самым устанавливается достоверность опыта прошлых рождений. И этот аффект - жажда жизни - самосущен (1) даже у только что появившегося червя.

      Страх смерти, который по своей сути есть проницание [будущего] уничтожения и который не может быть объяснен ни посредством восприятия [как источника истинного знания], ни посредством логического вывода или авторитетного свидетельства, позволяет заключить, что страдание, вызываемое смертью, испытывалось в предшествующих рождениях.

      И, подобно тому как этот аффект, [то есть жажда жизни], обнаруживается у крайне невежественных [существ], он точно так же возникает даже у мудреца, познавшего начало и конец [круговорота бытия].

      - Почему [так происходит]?

      - Потому, что этот бессознательный след испытанного через смерть страдания одинаков для обоих: и для мудреца, и для лишенного мудрости.

      10. Эти [аффекты] в "тонком" состоянии устраняются при свертывании [деятельности сознания].

 

      Эти пять аффектов, подобно прокаленным [на огне] семенам, погибают вместе с растворением [в своей первопричине] сознания, которое контролирует жизнедеятельность йогина.

      Что же касается устойчивых [аффектов], существующих в состоянии семени, [еще способного плодоносить], то

      Глава вторая "О способах осуществления"

      [1-4] [5] [6-10] [11-13] [14] [15] [16-17] [18] [19-20] [21-23] [24] [25-28] [29-30] [31-34] [35-39][40-48] [49-53] [54-55]